Начало Н.Н. ПЕСТОВ   —  ЭТАПЫ ЖИЗНИ ФОТОГРАФИИ ЖИЗНЬ  ДЛЯ  ВЕЧНОСТИ Поиск

ПРИЛОЖЕНИЕ  3


Можно, казалось бы, думать, что наш Коля в Военном училище и далее на военной службе был всегда окружен только неверующими людьми, поколением русской молодежи, воспитанном в атмосфере воинствующего атеизма. Однако, как говорилось выше о его товарище из офицерского батальона Володе, это поколение сохранило героические черты русского народа, воспитываемого веками Православной Церковью. Но не только полнота самопожертвования таится в наших новых поколениях. Как ни стараются атеисты закрывать все пути к вере, у русских людей при благоприятных условиях и в критические минуты жизни вера просыпается, или, точнее, даруется от Божией благодати и захватывает души.

Так, один из связистов, принимавших по радио боевые донесения русских военных летчиков во вторую мировую войну, свидетельствовал о следующем. Когда летчики в подбитых самолетах видели для себя неминуемую гибель, их последними словами часто были: "Господи, приими мою душу". А в обычное время это были молодые люди, ничем не проявлявшие своей религиозности.

Свидетельством изложенного выше является и нижеприведенное письмо-стихи русского воина, убитого на фронте во вторую мировую войну. (Найдено в кармане шинели на убитом.)

Послушай, Бог... Еще ни разу в жизни
С Тобой не говорил я, но сегодня
Мне хочется приветствовать Тебя.
Ты знаешь... с детских лет всегда мне говорили,
Что нет Тебя... и я, дурак, поверил.
Твоих я никогда не созерцал творений.
И вот сегодня ночью я смотрел
Из кратера, что выбила граната,
На небо звездное, что было надо мной;
Я понял вдруг, любуяся мерцаньем,
Каким жестоким может быть обман.
Не знаю, Боже, дашь ли Ты мне руку?
Но я Тебе скажу, и Ты меня поймешь.
Не странно ль, что среди ужаснейшего ада
Мне вдруг открылся свет, и я узнал Тебя.
А кроме этого мне нечего сказать.
Вот только, что я рад, что я Тебя узнал...
На полночь мы назначены в атаку,
Но мне не страшно: Ты на нас глядишь.
Сигнал!.. Ну, что ж, я должен отправляться...
Мне было хорошо с Тобой... Еще хочу сказать,
Что, как Ты знаешь, битва будет злая
И, может, ночью же к Тебе я постучусь.
И вот, хоть до сих пор я не был Твоим другом,
Позволишь ли Ты мне войти, когда приду?
Но... кажется, я плачу. Боже мой.
Ты видишь, со мной случилось то, что ныне я прозрел.
Прощай, мой Бог... иду... и вряд ли уж вернусь.
Как странно... но теперь я смерти не боюсь.

Александр Зацепа, 1944 год.

Прочтя эту "свою", неподражаемо искреннюю молитву, кто может сомневаться в том, что Бог "его поймет", "даст ему руку" и "позволит войти" в Его светлое Небесное Царство, этому воину, отдавшему жизнь за Родину.